Раз Мирошников сбежал, он и повинет

Как представители Федеральной Службы Безопасности и АСВ обогащались на сложных банках. 

Весной 2019 года был арестован полковник Кирилл Черкалин, глава банковского отдела управления «К» службы финансовой безопасности ФСБ. У Черкалина и его коллег обнаружили наивысший размер наличных — 12 млрд рублей (выше, чем в квартирах полковника милиции Дмитрия Захарченко, бывш?? практически набиты средствами). Сходу после чего из Российской Федерации уехал Валерий Мирошников, заместитель руководителя АСВ (АСВ) — структуры, которая посреди 2010-х стала для банков истинной валютной трубой. Мирошников по долгу службы трудился в тесноватой связке с Черкалиным. Домой он так и не возвратился, зато начал всплывать в свидетельствах по расследованию. «Медуза» вместе с «Проектом» и VTimes ведает, как и за что заместитель руководителя АСВ мог собирать с банкиров 10-ки млрд рублей — и кто еще увеличил свое состояние на масштабных банкротствах и санации банков, считаем?? одним из основных заслуг Эльвиры Набиуллиной на посту главу Центробанка РФ.

Кирилл Черкалин — в свое время аккуратненько подстриженный внушительный управляющий «банковского» отдела ФСБ — на данный момент смотрится так, как будто решил основать секту: у него длинноватая борода и длинноватые волосы, рассыпавшиеся по плечам. 

«Ну а что вы желаете, здесь трудно остаться в собственном уме. У него разрыв шаблона: он посиживал, золотой ручкой все подписывал, ему ежедневно заносили бабки. Он уже потерял чувство действительности, а позже свои же его и приняли — он вправду не осознавал, что случается», — гласит собеседник «Медузы», знакомый с расследованием.

В СИЗО «Лефортово» Черкалин располагается уже больше 1,5 лет. За этот период времени он достиг договоренностей со следственными органами и отдал показания на собственных коллег — экс-зама руководителя управления «К» ФСБ Дмитрия Фролова и оперативного сотрудника Андрея Васильева.

Черкалин инкриминируется в мошенничестве в особо крупном размере и получении взяток в особо большом размере. А именно, в одном из эпизодов Черкалину вменяется получение взяток за «общее покровительство» банка «Транспортный».

Однако это не все — за время расследования в деле возникло уже приблизительно 10 эпизодов криминальной работе, которые связаны с банками, гласит собеседник, знакомый с расследованием: «В СК стоит практически очередь из банкиров с котомками, которые идут поведать, как их обобрали». 

Сам Черкалин еще годом ранее сказал следствию, что большая часть найденных у него средств не его — они принадлежат замдиректору гос компании АСВ Валерию Мирошникову. Он же, по мнению полковника, был создателем криминальных схем, об этом писали ссылаясь на знакомый с расследованием источник «Открытые медиа».

«Смотришь на Черкалина — и даже жаль. Он этот, не 7 пядей во лбу, гласит: «Мне сообщили, так было можно»», — обрисовывает полковника собеседник «Медузы», знакомый с ходом следствия. 

Исследовав переписку Черкалина с Мирошниковым, следствие планировало провести допрос заместителя руководителя АСВ в статусе свидетеля, но тот для дачи показаний не явился. Добраться до него органы охраны правопорядка не сумели: Мирошников уехал заграницу сходу после задержания Черкалина, писали The Bell и «Проект». По мнению знакомых Мирошникова, когда задержали Черкалина, тот был в Австралии — и решил не ворачиваться в Российскую Федерацию. А спустя два с половиной месяца АСВ сказало о его отставке без распоряжения её обстоятельств.

Имя Мирошникова часто указывается в свидетельствах по делу Черкалина, гласит собеседник «Медузы», знакомый с расследованием. «Основным постоянно был Мирошников, Черкалин вправду гласит правду — это средства не его, он реально был просто хранителем и крышевал Мирошникова и АСВ», — уверен Александр Железняк, который уехал из Российской Федерации бывший руководитель Пробизнесбанка, лишившегося лицензии. — При всем этом о Мирошникове все забыли, он просто растворился в воздухе».

Сотрудник следственных органов по данному делу Николай Тутевич от пояснений «Медузе» не согласился. В Центральном банке не ответили на вопрос, будут ли проводить проверку соответствия служебному положению в связи с обстоятельствами, вскрывшимися в рамках дела Черкалина.

Валерий Мирошников не ответил на просьбу «Медузы» о беседе для данной статьи. Юрист Черкалина Владимир Михайлов не согласился от пояснений.

Банковская зачистка

«Кто в ЦБ берет взятки? Знаешь? Если знаешь — скажи», — просила Эльвира Набиуллина собственного знакомого скоро после того, как заняла пост главу Центрального Банка России в 2013 году. Придя в ЦБ, Эльвира Набиуллина усердствовала осознать, с какими людьми можно работать, вспоминает он в общении с «Медузой» — «кто чист, кто не чист».

Назначить Эльвиру Набиуллину главой Центрального Банка России предложил глава Российской Федерации, ассистентом которого она работала после ухода с поста руководителя Минэкономразвития. У нее был карт-бланш от Владимира Путина на решительные деяния, сходятся во мнении несколько больших банкиров.

Эльвира Набиуллина начала расчистку банковского сектора от «нежизнеспособных игроков» и смогла отозвать лицензии даже у банков, которые ЦБ страшился трогать годами — к примеру, у «Мастер-банка», «на очах у изумленной публики на протяжении нескольких лет занимавшегося обналом», гласит большой экономист. 

Я увидела, что в ЦБ […] есть травма, сплетенная с убийством заместителя председателя ЦБ Андрея Козлова. […] Регулятор на данный момент вправду работает […] сверхосторожно, может быть, чуток больше осторожно, чем просит острота ситуации. ЦБ быть может и будет зачинателем преследования, работая с органами охраны правопорядка. По крайней мере, у меня есть внутренняя готовность это делать.

Эльвира Набиуллина — в беседе «Предпринимателю» после назначения

Эльвира Набиуллина сломала стиль предшествующего управления ЦБ — закрывать глаза и договариваться — гласит собеседник «Медузы». При ней Центральный банк за 7 лет отозвал около 500 банковских лицензий, и еще приблизительно 30 банков выслал на санацию — так называется процедура денежного оздоровления банка, у которого накопилось сильно большое количество нехороших долгов.

С того времени почти все большие банкиры и экономисты из-за вопросов с делом уехали из государства. Практически они все стали фигурантами уголовных дел и ответчиками по искам на сотни млрд рублей. 

Данная непримиримость и радикальные деяния Эльвиры Набиуллиной в отношении сложных банков резко повысили роль АСВ. АСВ стало большой воронкой, через которую за прошедшие 7 лет прошли полтора триллиона рублей муниципальных средств — и сопоставимые по объемам активы банков, лишившихся лицензии. 

В 2003 году правительство сделало АСВ и приняло принципиальный закон о страховании вкладов: вклады до 100 тысяч рублей в банках-участниках этой системы были застрахованы страной. Если ЦБ вводил в банк временную администрацию либо лишал учреждение лицензии, АСВ должно было выплатить вкладчикам средства, а позже добиваться их с банка.

При разработке Агентство по реструктуризации финансовых учреждений — предшественник АСВ — получило от страны всего 10 млрд рублей. С пуском системы страхования вкладов у него становилось больше средств: банки каждый квартал отчисляют платежи со всех завлеченных вкладов. Правительство увеличивало страховку: до 190, 400, 700 тысяч рублей и в конце концов до сегодняшних 1,4 миллиона. В 2008 году правительство выделило АСВ 200 млрд рублей. «Когда мы получили из казны 200 млрд рублей, мы здесь же получили вал «предложений» от людей, жаждущих порулить этими средствами», — вспоминал тогдашний глава АСВ Турбанов в беседе «Ведомостям» через 3 года.

Однако почти все банкиры вспоминают Турбанова как добросовестного человека, неким все таки удавалось «порулить». Банкир Александр Лебедев заявляет, что руководители его Государственного запасного банка завлекали вклады АСВ за откат. «Ставка для нас была четыре процента, а настоящая двенадцать процентов. Что-то из этой различия откидывали [замдиректора АСВ Валерию] Мирошникову», — вспоминает он. Похожую схему обрисовывает очередной уехавший из Российской Федерации банкир.

Тогда же, в 2008 году возник закон о санациях банков.

За последующие 4 года АСВ провел всего несколько санаций, одна из которых остается для агентства наикрупнейшей: в 2011-м, после того, как Сергей Собянин поменял Юрия Лужкова в кресле главы города города Москва, АСВ передало ВТБ 295 млрд рублей на оздоровление Банка города Москва. 

А первым банком, которые попали под данный закон, стал «Российский капитал» (на данный момент — «Дом.рф»). Его в октябре 2008 года, за 10 дней до внедрения законопроекта взял на санацию Государственный зарезервированный банк Александра Лебедева. НРБ получил на санацию чуток больше 8-ми млрд рублей, но позднее возвратил их АСВ. Санация «Российского капитала» продлилась десять лет, за этот период времени финансовая помощь банку, по данным Счетной палаты, составила 164 млрд, практически половину которых — от АСВ (приобретение активов перед передачей банка «Дом.рф»). 

«Он со всеми делился, всем давал заработать»

Если веровать рассказам бессчетных собеседников «Медузы», Мирошников был редчайшим типом инициативного и в почти всех вопросах действенного государственного служащего.

У Мирошникова чрезвычайно обеспеченный опыт работы с проблемными банками. Еще в 1999 году он пришел на работу в Агентство по реструктуризации финансовых учреждений, потом перебежал в заменившее его АСВ. А ранее трудился в ЦБ, где занимался и проверками, и оздоровлением банков. Более 10-ка бывших и работающих банкиров, которые имели дело с Мирошниковым, хвалят его и даже говорят о нем с восхищением: с ним было просто работать, он не обожал бюрократию и мог найти решение хоть какой трудной задачи.

«С ним можно было всякую дилемму взять и за чаем обсудить и найти решение, он чрезвычайно отлично работал», — гласит о Мирошникове государственный служащий из денежного блока.

«Суперэффективный, который понимает человек», — охарактеризовывает его Дмитрий Целяков, который работал в департаменте МВД по борьбе с организованной преступностью. «Был бизнесменом, отлично зарабатывал, мог при желании стремительно решать вопросы», — обрисовывает Мирошникова работающий банкир. «Мирошников — это трудные, разноплановые решения, непростой менеджмент. На его месте мог бы быть кристально незапятнанный человек — и он бы нанес ущерб», — анализирует очередной большой банкир. 

«Мирошников правда гений, я находился на его заседаниях: он расписывал все схемы, все делал. Его все слушали, он полностью со всеми низшими чинами делился, всем давал заработать», — восторгается бывший один из собственников «Пробизнесбанка» Александр Железняк.

Главным источником «заработка» для замдиректора госкорпорации были бы раззорения банков после отзыва лицензии, сходятся во мнении два работающих банкира. В отличие от обыденных признаний банкротами, когда кредиторы могут сами назначать конкурсного управляющего, управлять банкротством банков могло лишь АСВ — так указано в законе «О несостоятельности финансовых учреждений». 

«Я осознавал, что он [Мирошников] делал: у банка отзывается лицензия, и здесь же в нем изменяется все: охранная компания, юрисконсульты, бухгалтера. На эти места назначаются свои люди», — гласит банкир, который прошел через отзыв лицензии.

Данный механизм прописан в официальном порядке. Для работы с банками, лишенными лицензии, у АСВ есть особые аккредитованные организации — 20 правовых, 11 бухгалтерских и 7 торговых площадок, на которых продавалось имущество. Аккредитованные организации АСВ отбирал по чрезвычайно непрозрачной процедуре, указывала Общегосударственная антимонопольная служба (ФАС).

За подбор наружных юристконсультов в АСВ отвечал конкретно Валерий Мирошников. Их услуги чрезвычайно щедро оплачивались, писали «Ведомости»: к примеру, фирма по оказанию юридических услуг «Вектор права» получала 10 миллионов рублей каждый месяц, а Столичная коллегия адвокатов «Кворум» — 8,5 миллиона рублей за месяц, плюс пятнадцать процентов от возврата активов в конкурсную массу. При этом в некоторых вариантах процент юрисконсульты брали даже от тех сумм, что должники возвратили добровольно, сетовали кредиторы «Пробизнесбанка».

Практика АСВ по продаже собственности разорившихся банков тоже вызывала вопросы. К примеру, в ноябре 2016 года агентство продало доставшийся ему от Пробизнесбанка банк «Пойдем!» на закрытых торгах по стоимости вдвое дешевле исходной — за 380 миллионов рублей заместо 770 миллионов. А клиент — «Совкомбанк» — скоро перепродал данный банк управленцам дочернего банка АСВ — «Российского капитала».

Актив был достаточно симпатичным — еще перед тем, как «Пробизнесбанк» лишился лицензии, обладатели обсуждали продажу банка «Пойдем!» с группой ВТБ за три млрд рублей, говорил собеседник «Ведомостей».

За последующие 3 года новые обладатели получили от банка практически два млрд рублей дивидендов. Кредиторы Пробизнесбанка пробовали опротестовать продажу банка «Пойдем!» на торгах, считая стоимость заниженной, но проиграли в 3-х органах. И лишь в феврале 2019 года Верховный суд отменил эти решения и выпустил постановление про то, что в проведенных АСВ торгах есть признаки заинтригованности.

«Как говорил экс-руководитель Арбитражного суда Антон Иванов, цель хоть какого арбитражного управляющего — реализовать как можно больше активов как можно дешевле своим парням, — разводит руками собеседник, близкий к совету руководителей АСВ. — Здесь вопрос в независимой оценке: была она у АСВ либо нет — совет не в курсе». 

Продуктивность работы завлеченных агентством юристконсультов и торговых площадок можно оценить по годовому отчету госкорпорации. В 2019 году АСВ взыскало с должников через суды 32,4 млрд рублей, израсходовав на юридическое сопровождение 8,5 млрд рублей (тридцать девять процентов всех затрат — на конкурсное создание).

В итоге всех сил АСВ и его партнеров кредиторы разорившихся банков получают назад приблизительно 45% собственных средств — это средний показатель по завершившимся банкротствам за 2019 год. 

сорок пять процентов это довольно много, гласит партнер фирме по оказанию юридических услуг «Пепеляев Групп» Юлия Литовцева, но эта цифра складывается за счет заемщиков, обязанности которых перед банком обеспечены залогом. В конечном итоге средства теряет в главном бизнес — те компании, которые держали средства в разорившихся банках. В очереди кредиторов они последние.

Как утратить все накопления

В январе 2016 года старший механик супертанкера Дмитрий Протасьев возвратился домой из сложного рейса: в Тихом океане отказала управляющая машинка, было чрезвычайно большое количество работ. Через 5 дней после его возврата в банке «Интеркоммерц», где Протасьев держал все скопления за двадцать лет работы, ввели временную администрацию. История была обычной: ЦБ потребовал от банка произвести доначисление запасы, после этого у «Интеркоммерца» критически снизился капитал. 

Для Протасьева это стало нежданностью: он относился к выбору банка трепетно, изучал банковские показатели и смотрел, как банк их соблюдает. На счетах в банке держали свои средства «Транснефть» и Общегосударственная таможенная служба; в «Интеркоммерце» работал бывший заместитель руководителя и глава юридического департамента Центрального Банка России Сергей Голубев — все это механик считал показателями надежности банка. 

Через 10 дней ЦБ отозвал у «Интеркоммерца» лицензию и Протасьев лишился 20 миллионов рублей — всего, что скопил за жизнь на стройку дома и пенсию. Механик не опустил руки: он пробует судиться с Банком России и АСВ, читает книжку спеца по мотивации Роберта Шарма «Вдохновение на ежедневно» и считает, что хоть какое испытание закаляет человека. 

АСВ выплатило вкладчикам «Интеркоммерца» 64 млрд рублей — по тем временам это была наивысшая сумма. Около 3-х млрд рублей банк остался должен людям — таким, как механик Протасьев, — чьи вклады составляли более 1,4 миллиона рублей (превышение этой суммы не покрывается гос страховкой). Еще 18 млрд рублей утратили компании, державшие средства в «Интеркоммерце» — к примеру, на расчетных счетах. 

Лишенный лицензии банк, обычно, признается нулем и передается в конкурсное создание — им управляет как раз АСВ. Агентство должно реализовать имущество банка, взыскать долги с тех, кто брал там кредиты и — если необходимо — привлечь к ответственности «держащих под контролем лиц». Все приобретенные средства поступают в так именуемую конкурсную массу, которую агентство должно распределить меж займодателями, одним из которых становится само — ведь оно заплатило по застрахованным вкладам.

Чтоб возвратить средства, АСВ подало заявление к трем бывшим управленцам «Интеркоммерца» и бывшему руководителю и владельцу акций банка Александру Бугаевскому. Остальных владельцев акций лопнувшего банка АСВ к ответственности пока не завлекало. У агентства не нашлось с этой целью «законодательных оснований», сообщается в ответе АСВ на запрос «Медузы».

«С АСВ время от времени неясно: почему здесь выиграло, здесь забыло выиграть, здесь подало заявление, а здесь — забыло», — улыбается работающий большой банкир. Эту дилемму признает и собеседник «Медузы», близкий к совету руководителей АСВ: заявления необходимо подавать ко всем, по другому позже никак не объяснишь избирательность.

За 5 лет с момента раззорения «Интеркоммерца» АСВ сумело возвратить в конкурсную массу всего 8,5 млрд рублей, из них около 2-ух млрд — через суды. Процесс затягивается, через 4 года у него исходят сроки исковой давности.

Возможностей возвратить свои средства с помощью АСВ у Протасьева меньше: механик уже просит судью привлечь к ответственности президента Владимира Путина и главу ЦБ Эльвиру Набиуллину. Из 20 миллионов рублей ему пока получилось возвратить только около 3-х: 1,4 миллиона — по страховке, остальное — в процессе конкурсного производства.

Центральный банк не может вмешиваться в оперативную деятельность конкурсного управляющего, кроме случаев, которые были предусмотрены нормативно-правовыми актами, сообщается в ответе ЦБ на запрос «Медузы». 

У вас трудности? Станьте санатором

Механик Протасьев и иные клиенты «Интеркоммерца» могли бы сохранить свои средства, если б ЦБ избрал иной путь — санацию банка. К данному варианту прибегают, если банкротство может иметь очень небезопасные социальные либо финансовые результаты. К примеру, крах большого розничного банка может испугать вкладчиков остальных банков, они пойдут забирать вклады, и трудности появится уже у всех банков.

При санации банк не прекращает работать, а средства теряют лишь его обладатели — вместе с банком. Однако это и справедливо, ведь конкретно они привели банк в «грустное финансовое состояние», разъяснял логику Центральный банк. 

Для оздоровления денежной организации подыскивается санатор, который сумеет решить её трудности. Ранее в данной роли, обычно, выступали больше большие банки, на данный момент — сам Центральный банк. 

Средства на санацию выделяет ЦБ (через АСВ) и санатор получает их когда оформит контроль над банком. Обладатели сложных банков отдают свои толики за символические средства, ведь выбора у них нет: банк, вероятнее всего, уже не жилец, и если дойдет до раззорения, толики владельцев все равно обесценятся. А также, закон дозволяет ЦБ уменьшать уставный капитал (вложения владельцев) до размера своего, а если тот становится отрицательным (к примеру, если ЦБ просит досоздать много запасов) — до символического 1-го рубля. 

Санируемый банк не прекращает оказывать услуги клиентам, они свои средства не теряют. Банк-санатор получает весь бизнес и клиентов санируемого банка, также длинноватые и дешевенькие — по ставке всего 0,51 % годовых на срок до десять лет — средства на его оздоровление. Сам санируемый банк при всем этом не должен соблюдать показатели ЦБ — это принципиально, так как дозволяет санатору скидывать туда свои проблемные активы, чтоб не портить собственный баланс.

Главную роль здесь тоже игралось АСВ. Конкретно агентство просчитывало для ЦБ варианты, как лучше поступить с определенным банком — выслать на санацию либо же на ликвидацию, гласит большой работающий банкир. Конкретно АСВ определяло, сколько средств пригодится для спасения банка. Формально заключение о величине «дыры» в балансе дает комиссия, куда входят представители и ЦБ и АСВ, но два банкира — бывший и работающий — сходятся во мнении, что в базу ложились оценки агентства. 

«Дыру считали люди Валеры [Мирошникова] и [Георгия] Агапцева [зам генерального директора АСВ]», — уточняет работающий банкир. «Чем больше дыра, тем больше получат [на санацию]. А конкретно АСВ указывал дыру, не ЦБ. Выходит их комиссия и начинает колдовать — это можно признать дырой, это можно признать дырой», — гласит бывший один из собственников «Пробизнесбанка» Железняк. 

Средства на латание денежных дыр в сложных банках тоже шли через АСВ: агентство выдавало их санаторам под 0,51 % годовых. Всего на санацию банков издержали два триллиона рублей, две третьих из которых — после 2013 года.

«Все мы удивляемся: почему, к примеру, был работающий банк с недочетом капитала 50 млрд рублей, провели санацию и издержали на это уже 600 млрд? Так как когда у банка изменяется владелец, все рушится. Сначала — бегство пассивов — вкладчики видят, что банк проблемный и идут забирать из него средства. Появляется большая дыра. Её уже нужно закрывать не в сумме недостатка капитала. Позже резко усугубляется качество активов — займов, прежде всего. Кредит — это постоянно договоренность меж 2-мя сторонами. Если одна сторона вроде бы пропала, то договоренность — тоже, сходу нежданное число активов стают проблемными. В итоге «дыра» в балансе расходится в 4-5 раз и ЦБ обязан закрывать её средствами — в расчете, что позже что-то получится возвратить. И что-то возвратить удается, но во время вступления санации все смотрится удручающе», — так разъясняет огромные растраты на санации глава наблюдательного совета ММВБ Олег Вьюгин, который работал в ЦБ и возглавлявший совет руководителей большого банка.

Кто будет санатором проблемного банка — тоже решало агентство, было надо лишь согласовать кандидатуры в ЦБ.

Совсем не все банкиры рвались стать санаторами сложных банков — сильно большое количество там было «скелетов в шкафу». Однако для банкиров, которым чрезвычайно необходимы были средства, возникала увлекательная возможность решить свои трудности за счет средств от АСВ и перевесить свои нехорошие кредиты на санируемый банк — ведь ему не надо соблюдать показатели. 

«Чрезвычайно почти все банки, являясь в нехорошем состоянии сами, но имея связи, употребляли данный механизм [санации] для решения своих вопросов», — удостоверяет глава правления «Альфа-банка» Андрей Соколов. За санацию остальных банков брались — и даже вели борьбу за нее с соперниками — «Открытие», Бинбанк, Промсвязьбанк, Татфондбанк. В конечном итоге 1-ые три сами направились на санацию, а последний лишился лицензии. Однако прямой связи с санацией здесь нет, убеждает ЦБ в собственном комменты «Медузе».

Конкурсы по выбору санатора часто были имитацией: несколько участвующих конкурса на санацию «Траста» признавались «Ведомостям», что подавали заявку, понимая, что «негласное решение уже принято». За право стать санатором приходилось платить «откаты» управленцам АСВ — в данном единодушны три уехавших и один работающий банкир, с которыми мы говорили для данной статьи. Двое из них назвали размер отката — от 3 до пять процентов выделенной на санацию суммы.

Один из уехавших банкиров думает, что откаты был должен получать и «кто-то в ЦБ», но кто конкретно — ему не известно. «Это все должно было трудиться в связке: ЦБ — АСВ — банковские отделы МВД — банковский отдел ФСБ, — анализирует собеседник, близкий к ФСБ, — вероятно, стержнем были АСВ и ФСБ, а главным исполнителем — Мирошников, потому он и сбежал сходу из государства. Сейчас все упирается в него, а другие, также ЦБ, — за кадром».

Чтоб выдать средства на санации, Центральный банк включал печатный станок: триллион рублей, который был выдан через АСВ банкам, — это «незапятнанная эмиссия», разъясняет глава Банковского института ВШЭ Василий Солодков.

Все это приучило банкиров к безнаказанности, полагает он: «Средства [на санацию] выделялись сотками млрд, при этом ЦБ брал их из воздуха. Посыл [для банкиров] был этот: можно делать все, что угодно и, если твой банк попадет на санацию, все твои убытки покроет ЦБ». 

«Понятийка» в сейфе Мирошникова

Практически все собеседники «Медузы» заявляют, что договариваться обо всем, что соединено с санациями банков, необходимо было с Мирошниковым. В свидетельствах по делу Черкалина тщательно описан один этот эпизод.

В 2013 году меж товарищами, партнерами и партнерами «Балтийского банка» Олегом Шигаевым и Андреем Исаевым начался конфликт. Они вели бизнес вместе с конца 1990-х, у обоих было по пятьдесят процентов банка, но банком в главном занимался Шигаев — он возглавлял правление банка. Исаева больше заинтересовывала недвижимость: ему, в том числе. принадлежали известный Дом Зингера и Небольшой гостиный двор в Санкт-Петербурге. 

В 2012 году Исаеву стало мерещиться, что партнер околпачивает его и потаенно выводит активы из банка: он начал добиваться отчеты, а потом и настаивать, чтоб Шигаев ушел с поста. В ответ Шигаев будто бы решил обхитрить напарника — отдать банк АСВ и «Альфа-банку» на санацию, получить за это неофициальные отступные, а Исаева оставить ни с чем (правда, это версия Исаева, которую он выложил в обращении в СК). Исаев удостоверил «Медузе» подачу обращения в СК и его содержание. 

В разгар конфликтной ситуации с партнером Шигаев нанял юристконсульта Ваху Гишкаева, тот через собственного знакомого Константина Тублина условился о встрече с Мирошниковым — это следует из показаний Гишкаева по расследованию (копии имеется в наличии «Медузы», их оригинальность удостоверил сам Гишкаев). 

«В мае 2014 года Тублин позвонил мне и сообщил, что руководитель «Альфа-банка» [Андрей Соколов] и Мирошников готовы повстречаться. 1-ая встреча проходила в ресторане. Я довел до присутствующих лиц, что меж обладателями имеется корпоративный спор. Соколов сообщил, что ему увлекателен «Балтийский банк», и он готов провести санацию, для чего у него имеются все нужные ресурсы», — сообщается в свидетельствах.

На 2-ой встрече в московском Vogue Cafe, сообщается в свидетельствах Гишкаева, «от Соколова и Мирошникова поступила просьба предоставить доступ к экономической документации банка». Шигаев согласился. Потом назначили еще одну встречу, разговор её участвующих тщательно воспроизведена в свидетельствах Гишкаева.

Встреча была в ресторане «Капри». В ресторане был один Соколов, разговор происходил в некоторой комнате слева. Пока мы ждали Шигаева, я спросил у Соколова по причине санации «Балтийского банка», на что Соколов показал мне документ, назвал его «экспресс-изучением» денежной работе банка.

Соколов сообщил, что выявлена дыра (недосозданные запасы) на 30-33 млрд рублей. Я сообщил, что этого не быть может. Тогда Соколов объяснил, что это искусственно завышенная сумма, чтоб получить от Центрального банка беспроцентный займ в 60 млрд рублей на проведение санации. Чтоб получить этот кредит, недосозданные запасы должны быть в сумме 30-33 млрд рублей, потому наименьшая сумма ему и «Альфа-банку» неинтересна. 

Я ответил Соколову дословно: «Отлично вы рисуете, нет там этот дыры, ведь там же этого не было». Данная сумма необходима была Соколову с той целью, чтоб «Альфа-банк» сумел получить доход на этой сделке минимум 10 млрд рублей и очередной млрд рублей он должен отдать Мирошникову, который должен будет передать часть из этой суммы работникам ФСБ из «банковского отдела», как я осознавал с его слов — за компанию и помощь в организации сделки. 

«Гишкаев вился вокруг этой сделки, желал реализовать нам подноготную Шигаева, желал быть в доле, а на данный момент просто злой, что мимо него прошли огромные средства, а он ничего не получил», — так собеседник в «Альфа-банке» откомментировал показания Гишкаева о роли банка в данной истории. Соколова, как он сообщает, в рамках дела Черкалина не опрашивали. 

Совсем вопрос о санации «Балтийского банка» решался уже в кабинете Мирошникова в АСВ в августе 2014 года, сообщается в свидетельствах Гишкаева.

Поближе к 20-м числам августа с пожелания Мирошникова мы приехали в кабинет АСВ. Встреча также была организована через Тублина. В процессе диалоги Мирошников спросил у Шигаева, согласен ли он на санацию «Балтийского банка» «Альфа-банком». Шигаев ничего не ответил, так как был подавлен сложившейся ситуацией. Тогда Мирошников начал давить на него. 

Мирошников стал высказывать определенные угрозы, произнес Шигаеву, что если он откажется, у банка и у него самого будут трудности с органами охраны правопорядка, и у банка могут отозвать лицензию. [Я] спросил у Шигаева, имеются ли у него какие-или встречные требования: «быть может, вы средств желаете? Так назовите сумму, не стесняйтесь. Быть может, вы желаете 5 млрд рублей, быть может, 2 млрд рублей, которые вы вносили в капитал банка из собственных личных средств?».

Мирошников сообщил, чтоб Шигаев и Соколов составили «понятийку» — соответственное секретное и неофициальное соглашение меж сторонами на данную стоимость в виде благодарности от Соколова и что Мирошников гарантирует выплату этой суммы, […] «понятийку» сохранит в собственном служебном сейфе. В конечном итоге Шигаев высказал свое согласие, Мирошников сообщил, что на данный момент направит телефонограмму в ЦБ о согласии на добровольческую санацию, сообщил, что все должно пройти тихо, без разглашения и пояснений в средства массовой информации.

Применение мер контрольного реагирования, в том числе принудительные, располагается только в компетенции ЦБ, сообщили в АСВ в качестве ответа на запрос «Медузы».

20 августа 2014 года Центральный банк выслал Балтийский банк на санацию и выделил на это 57,4 млрд рублей. Санатором стал «Альфа-банк».

В пресс-центре «Альфа-банка» на запрос «Медузы» сообщили, что никаких процессуальных мероприятий по причине санации «Балтийского» с работниками банка не проводилось. Андрей Соколов заявил «Медузе», что информация о взятках Мирошникову и «банковскому отделу», также о «понятийке» не соответствует реальности.

Андрей Исаев подавал заявление о необоснованности санации «Балтийского банка», но проиграл тяжбу с «Альфа-банком» в 3-х органах, в том числе Верховный суд. На данный момент Шигаев и Исаев — фигуранты уголовных дел по обвинению в мошеннических действиях, они числятся в общегосударственном розыске. 

В АСВ эти показания комментировать не стали.

170 млрд для Ротенберга

Руководитель Мирошникова, руководитель АСВ Юрий Исаев в обсуждениях с банками по причине санаций обычно не принял участие. «Исаев никогда не вмешивался в процесс — он занимался стратегическими вещами: Министерство финансов, ЦБ, никогда в детали не погружался», — гласит большой работающий банкир. 

Однако «Медузе» получилось найти один случай, в каком всплывает фамилия Исаева: это санация «Мособлбанка», средства на которую получил СМП-Банк Аркадия Ротенберга, бизнесмена и бывшего спарринг-напарника главы Российской Федерации.

Возглавляющий АСВ с конца 2012 года Юрий Исаев — чрезвычайно закрытый человек, гласит его знакомый. В его богатой биографии переплетены две полосы — финансовая и силовая: он трудился в «Импэксбанке» и «Российским банке развития», в кабинете министров — замом являющегося в то время руководителя Министерства экономики Германа Грефа, позже меньше года был помощником первого замглавы ФСБ Сергея Смирнова.

По данным коллективного расследования The Bell и «Проекта», Смирнов вместе с Черкалиным ездил на встречу с Михаилом Завертяевым, которые были партнером и заместителем председателя правления банка «Интелфинанс», который был лишен лицензии. В ходе диалога они также уверяли банкира закончить пробовать возвратить выведенные из банка активы. Исаев был заместителем председателя комитета Государственной Думы по экономическим рынкам, а потом 3 года возглавлял «Динамо» — основное спортивное общество сотрудников правоохранительных органов.

Трудности с Центральным банком у хозяев «Мособлбанка» Анджея Мальчевского и его сына Александра начались еще в 2011-м, когда ЦБ на шесть месяцев воспретил их банку принимать вклады жителей. Банк решил эту дилемму достаточно роскошно, начав раздавать вкладчикам свои акции — на владельцев акций банка запрет ЦБ не распространялся.

«Мособлбанк» расширял бизнес, к 2013 году располагал среди наиболее больших филиальных сетей в государстве (больше 600 подразделений), выдавал ипотеку, а его совет руководителей возглавлял бывший-Председатель Государственной думы Геннадий Селезнев. 

По свидетельству бывшего управленца банка, которые проводили проверки работники ЦБ в неофициальных разговорах выражали возмущение не столько схемой привлечения вкладов, сколько обладателями банка. «Вы непрозрачны для регулятора, мы не осознаем, откуда вы взялись. Необходим понятный и прозрачный владелец — так они нам говорили», — пересказывает он сущность претензий.

А в конце 2013 года на хозяев банка вышли и претенденты на долю в нем — один из собственников ЗАО «Обряд-сервис» Олег Шелягов и глава Государственного союза ветеранов дзюдо, член совета руководителей СМП-Банка Павел Бальский. Оба представляли интересы 1-го человека — Аркадия Ротенберга, считает бывший руководитель высшего звена банка. 

Одна из первых их встреч с Мальчевским-младшим свершилась в помещении Государственного союза ветеранов дзюдо, который возглавляется Аркадием Ротенбергом. Ах так её обрисовывает бывший руководитель высшего звена банка, которому Мальчевский говорил о встрече: «Необходимо было сообщить, что они [Шелягов и Бальский] от Ротенберга. Они говорят: «На данный момент приедет Юра Исаев, удостоверит, что мы от Ротенбергов. Он все будет со стороны АСВ контролировать». Бальский позвонил Исаеву. Он примчался через 30 либо 40 минут и чрезвычайно извинялся, что запоздал». 

Юрист Александра Мальчевского не согласился от пояснений. Шелягов сообщил, что этого варианта не помнит: «Мы с Исаевым встречались лишь у него в кабинете».

Отдать долю не лишь в банке, да и в остальном собственном бизнесе Мальчевские будто бы должны были в обмен на избавление от вопросов. «Они [Бальский и Шелягов] говорили: мы знаем, что у вас «геморрой» с Банком России, мы определим нормы дохода, зайдем, и вопросов не будет», — так обрисовывает условия собеседник «Медузы». 

Как он сообщил, Мальчевские даже пожертвовали 120 миллионов рублей хоккейному клубу «Динамо» и еще 30 миллионов рублей — Союзу ветеранов дзюдо. «Это было необходимо, чтоб показать готовность и желание работать с Ротенбергами, как говорил Бальский — «приобрести входной билет». Без этого, как он сообщает, переговоры не пойдут», — гласит собеседник «Медузы».

Вначале обсуждалось, что новые партнеры получат двадцать пять процентов акций, в процессе переговоров их размер увеличился до пятьдесят процентов, а потом и до семьдесят пять процентов. 

Шелягов в общении с «Медузой» опровергает, что вел переговоры об этом. Как он сообщил, с руководством «Мособлбанка» они сходу обсуждали санацию: «Мы уславливались о санации, у них была большая дыра. Я не был уполномочен представлять интересы Аркадия Романовича, меня как советника позвал Мирошников». 

У «Мособлбанка» в конечном итоге вправду не возникло новых партнеров, но через функцию санации банк все таки перебежал под контроль Аркадия Ротенберга. После чего Шелягов его возглавил, а Бальский вошел в совет руководителей. 

В апреле 2014 года после присоединения Республики Крым у Ротенбергов начались суровые трудности с СМП-Банком. Против банка ввели санкционные меры США, его на двое суток отключили от межгосударственных платежных систем, и вкладчики за пару дней вынесли из банка более 10 млрд рублей. А через месяц после чего ЦБ решил отдать на санацию «Мособлбанк» выяснив, что из него выведено более 60 млрд рублей. Санатором без конкурса стал СМП-Банк.

«Вся эта хрень началась после Республики Крым, когда они [СМП-банк] попали под санкционные меры, и было надо выручать друзей», — кипятится собеседник «Медузы». На санацию «Мособлбанка» направили 170 млрд рублей — это 2-ая по размеру сумма, которая была выделена страной на санацию 1-го банка. Более получил лишь ВТБ на санацию «Банка города Москва» — 295 млрд рублей. «Числа астрономические и поражают воображение, но из банка была выведена практически вся валюта баланса», — говорил позже глава СМП-Банка Артем Оболенский. 

В обвинительном заключении по делу Анджея Мальчевского утверждалось, что средства со счетов вкладчиков банка нелегально списывались, обналичивались и вкладывались в недвижимость, землю и иные активы. Это работало как пирамида: вклады старых ворачивались за счет новых вкладчиков. 

Мальчевский-старший отдал показания, признал вину и «принял меры к возмещению вреда». Он получил 4 года заключения в условиях колонии и погиб в местах заключения от инфекционного менингита. Его сына заочно задержали по обвинению в мошеннических действиях в составе преступного сообщества (ч. 4 ст. 159 УК Рф), он уехал из Российской Федерации.

В 2015 году «Мособлбанк» стал расчетным центром для строительства моста через Керченский пролив, генеральным подрядчиком которого была компания Аркадия Ротенберга «Стройгазмонтаж». Сам Ротенберг стал Героем труда «за особенные трудовые награды в строительстве моста через Керченский пролив». 

За время санации Мособлбанк закрыл 500 подразделений. В чем заключается оздоровление банка — неясно, гласит специалист банка БКФ Максим Осадчий: капитал «Мособлбанка» уже больше 5 лет — отрицательный, на 1 октября 2020 года это минус 133 млрд рублей. В пресс-центре СМП-банка «Медузе» сообщили, что санация идет по утвержденному плану и завершится в 2031 году.

Личное участие Исаева в санации «Мособлбанка» двое уехавших из Российской Федерации банкиров разъясняют тем, что Исаев — ставленник Аркадия Ротенберга. Эту версию удостоверяет и бывший влиятельный член кабинета министров.

Представитель Аркадия Ротенберга не согласился от пояснений с этой целью текста. Бальский ответа на обращение не предоставил «Медузы», отправленный в Альянс ветеранов дзюдо и переданный через его работника. 

В АСВ историю с «Мособлбанком» комментировать не стали.

«Мирошников сбежал — он во всем и повинет»

Эльвире Эльвиры Набиуллиной с самого начала не нравилось, как АСВ проводит санации банков, гласит правительственный государственный служащий из экономически-финансового блока. «Однако у Исаева было суровое силовое прикрытие, она там чрезвычайно осторожно действовала, помаленьку», — разъясняет стратегию главы ЦБ знакомый с ней большой экономист. 

Открыто разговаривать о малопродуктивности санации банков через АСВ в Центральном банке начали в 2015-м. Тогда же ЦБ начал готовить проект закона для другой структуры — Фонда консолидации банковского сектора (ФКБС).

Приблизительно в 2015 году Эльвира Набиуллина снова подняла в кабинете министров вопрос, что АСВ нужно убирать с организации банковских санаций, и её нежданно поддержал [заместитель премьер-министра Игорь] Шувалов, вспоминает государственный служащий экономически-финансового блока. «Думаю, что там начались разборки по иному поводу, и это дало возможность Эльвиры Набиуллиной действовать», — гласит знакомый с главой ЦБ большой экономист. 

Это удостоверяет бывший влиятельный член кабинета министров: как он сообщил, в кабинете министров в то время по меньшей мере возникли свои вопросы к Мирошникову, этими вопросами некоторые государственные служащие даже делились с руководителем ФСБ Александром Бортниковым. 

В 2017 году начал своё действие приготовленный Центральным банком закон о Фонде консолидации банковского сектора, через который ЦБ хотел без помощи других санировать большие банки. 

С осени 2017 года на санацию в новый фонд направились банки «столичного кольца» — раздувшиеся на санациях «Открытие» и Бинбанк, позже Промсвязьбанк и несколько меньших банков.

В октябре месяце глава Центрального Банка России Эльвира Набиуллина сообщила о окончании уборки банковского сектора от нерадивых и слабеньких игроков.

Всего на эту расчистку издержали около 7 триллионов рублей: 3,8 триллиона — на санации через ФКБС, 1,3 триллиона — через АСВ; еще 1,9 триллиона выплачено вкладчикам банков с отозванной лицензией. Часть этих средств возвратилась либо еще возвратится.

АСВ с 2017 года не занимается новыми санациями, продолжая начатые до этого. А также, АСВ все еще отвечает за выплаты вкладчикам и устранении банков. Однако и тут для агентства готовят новые ограничения: из-за упреков в привлечении очень дорогих посторониих юристконсультов АСВ начало брать их в штат, а ФАС дает принять проект закона, сделавш?? бы функцию аккредитации подрядные организации АСВ больше прозрачной. 

«Исаеву приблизительно месяц назад дали орден — это означает, что не лишь вопросов [к нему] нет, да и в принципе все всем довольны, — гласит государственный служащий из денежного блока. — По причине Мирошникова согласие этот — он сбежал, с него и спрашивайте. Он во всем и повинет».


  • Текст составлен по материалам сети Интернет. Нашими источниками являются крупнейшие интернет-издания и соцсервисы, в том числе которые размещают сведения как о событиях, так и информацию (в т.ч. компромат, скандалы) про политиков, госслужащих и бизнесменов, их биографии, информацию об их деятельности и деятельности подконтрольных им организаций. Подтверждение всем размещенным у нас материалам можно найти в сети.
  • Приглашаем к сотрудничеству по размещению новостей и рекламы всех заинтересованных лиц. Подробнее в разделах РЕКЛАМА и РАЗМЕЩЕНИЕ НОВОСТЕЙ.