Охота пуще неволи

Кого охраняет теща парламентария Государственной Думы Николая Панкова в саратовских степях

Охота пуще неволи

Вчерашняя встреча с журналистами парламентария Государственной Думы Николая Панкова, которая посвящена довыборам в Саратовскую областную думу, не обошлась без сенсации. Государственному департаменту был задан прямой вопрос: «Ваша тёща обладает земельным владением в Смоленской области, охотничьими угодьями в Саратовской области, большим медийным делом. Она пенсионерка и ранее делом никогда не занималась. Вы тоже всю жизнь поначалу в секретариате, а потом в Государственной Думе. Откуда вся данное имущество, кто её настоящий обладатель – вы?  Выходит, что  это незадекларированное  имущество, но если это так, то на основании 230-го общегосударственного закона все  должно быть направлено в доход страны? Вы участвуете в праймериз, будете избираться в  Государственную Думу, легитимны ли в данном случае  ваши планы?».

Но депутат ловко ушел от прямого ответа.

— Я против закона никогда ничего не делал. Мое имущество задекларировано, оно не один раз проверялось. Моя декларация в доступе, — подчеркнул Панков. Как он сообщил, теща была одним из участвующих процесса основания холдинговой компании и идеальнее всего вопросы задавать конкретно ей.

«БВ» так и поступил, но попытка побеседовать с Клавдией Алексеевной Найденовой по телефону оказалась не очень действенной. Сначала дама говорила полностью бойко, но услышав вопросы об охотничьих хозяйствах, личном тв-канале и угодьях под Смоленском, как-то сникла и начала сетовать на нехорошую слышимость. А после вопроса про то, каким образом в принципе родилась мысль заняться делом, и совсем исчезла. Так что ответы изданию пришлось находить в общественном доступе. Выяснилось, там можно найти много увлекательного.

Утки, барсуки и цветок Геснера

Охрана природы — дело, непременно, доброе. И почти все популярные личности ему не чужды. Не тайна, к примеру, что работающий руководитель страны питает симпатию к журавлям и дымчатым леопардам. Тянутся к природе и иные муниципальные деятели, также их родные.

Не так давно газета «Наша версия» вспомнила об охотничьих угодьях на юге Саратовской области, которые получил в распоряжение природоохранный фонд. Его основоположница — та теща парламентария Клавдия Найденова и Смоленщиной её интересы никак не ограничиваются.

В 2016 году пенсионерка Клавдия Найденова, за плечами которой уже стояло несколько больших коммерческих проектов, вдруг решила сделать некоммерческую компанию. Да не ординарную, а Фонд охраны природы и сохранения редчайших зверей в полупустынных и солончаковых районах Нижнего Поволжья, зарегистрированный на данный момент в Александров Гае. Единственный вид работе, имеющийся у организации – предоставление иных денежных услуг, и, что умопомрачительно – никакой связи с природой.

Фонд, в соответствии со сведениями областного комитета охотхозяйства и рыболовства, снимает в аренду угодья под заглавием Финайкина опора в том же Алгайском районе. Любопытно, что аукцион на право их аренды областной комитет охотхозяйства объявлял еще до официальной регистрации фонда тещи парламентария – в ноябре 2015 года.

Исходная малая стоимость стартовала от умеренных 60 рублей в год с шагом в рубль. В аренду при всем этом предлагались 38 тысяч га, на которых в то время обитали 55 зайцев, несколько 10-ов лисиц, 10 барсуков, 170 ондатр, 161 утка, 35 сероватых куропаток и 91 лысуха. Территорию с птицами и ондатрами разделяли пара норок, 3 енотовидных собаки и одинокий волк. Однако торги таинственным образом сорвались.

Охота пуще неволи

Кандидатов на Финайкину опору тогда было трое. Стоимость взлетела сходу до платы в 32 миллионов рублей в год, но на финишной стадии ООО «Покровск-Керамика», актив бывшего заместителя председателя облправительства Сергея Канчера, отказалось подписывать протокол. Последующий аукцион состоялся 21 августа 2017 года. Участником его стал тот фонд Клавдии Найденовой, который и получил Финайкину опору по ставке 460 тысяч рублей в год. Со всеми её утками и норками. За такую умеренную плату фонд обладает правом воспользоваться 38 тысячами га аж до 2066 года. Знай наших пожилых людей!

Никого не смутило, что фонд г-жи Найденовой, судя по наименованию, должен охранять редчайших зверей, но не организовывать охоту. Заметим, что в 2016 году Финайкину опору областное правительство вдруг объявило заповедной зоной и воспретило бродить по ней с ружьем. Причина — в соседстве охотничьего хозяйства с местом произрастания краснокнижных цветков Геснера, тех, для которых в Саратовской области так обожают устраивать фестивали. Финайкинская тюльпановая степь имеет статус монумента природы, но на опору приходится только её часть —  539 га из 38 тысяч.

Охота пуще неволи

Возможно, что это решение и воздействовало на аукцион 2017 года – поточнее, на полное отсутствие интереса к угодьям у коммерческих структур. А по прошествии трёх лет запрет на охоту из-за соприкосновения с заповедным цветком в один момент истек. И фонд тещи Николая Панкова, в промежутке счастливо выигравший аукцион, снова получил возможность принимать охотников.

Да, бюджет региона в конечном итоге заработает за пятьдесят лет практически в 100 раз менее, чем мог бы – но кого это тревожит?

Как «Астэку» не хватило рубля на зайцев

В января 2018 года Фонду достались очередные охотничьи угодья. Это хозяйство Варфоломеевское  – 31,7 тысячи га в Новоузенском районе по берегу реки Небольшой Узень. В свое время оно было запасным промышленным участком областного общества охотников и рыболовов, но сейчас будет в распоряжении фонда  Найденовой аж до 2067 года. Варфоломеевское примыкает к Финайкиной опоре с запада, а заповедная тюльпановая степь касается границы обоих хозяйств.

Торги на право его аренды были проведены в ноябре 2017 года, исходная стоимость тоже стартовала от 60 рублей в год. На момент реализации на территории хозяйство водилось, по сведениям из официальных источников, 11 барсуков, две енотовидные собаки, 50 зайцев-русаков, 171 ондатра, 438 куропаток, также лисицы – рыжеватые и степные. Фонд оказался не единственным участвующих торгов, но перебил на 1 рубль ставку ООО «Астэк» из бизнес-империи Алексея Ерусланова и за 600 003 рубля получил хозяйство в свое распоряжение.

Охота пуще неволи

Никаких данных про то, чтоб в Варфоломеевское либо в Финайкину опору приглашают всех желающих поохотиться на ондатр и куропаток, нет. Заглавие обоих хозяйств никогда не встречается в прайс-листах коммерческих организаций, которые организуют охоту, никаких своих веб-сайтов они не имеют. Но, по домыслам, пару лет назад охотничье хозяйство тещи парламентария Панкова воспринимало у себя Сергея Собянина. Говорят, остался доволен, как пожилые люди природу охраняют.

Упоминаются владения Фонда Клавдии Найденовой и в приказах комитета охотхозяйства области о регулировании количества хищников. В прошедшем году заступникам степной фауны предписали отстрелить в Варфоломевском и Финайникой опоре по 4 лисицы, в 2019 году — избавиться от 5 волков.

Денежные услуги и тарбаганчики

А, может, фонду и совсем некоторого у себя охранять? Никак. На тюльпановых заповедных полях видятся краснокнижные птицы — степной орел и темный жаворонок, также тарбаганчик — он же степной кролик, близкий родственник тушканчика. В охрану природы полностью вписываются и сами цветки, также находящиеся по соседству с ними остальные редчайшие растения — ковыль перистый, мытник мохнатоколосый, палимбия солончаковая.

Кроме того в Алгайском районе встречается дрофа, журавль-красавка, степной лунь, курганник, могильник, стервятник, степной хорь и хорь-перевязка. Все это — краснокнижная фауна. Словом, если организация взялась охранять природу, ей есть чем заняться.

Охота пуще неволи

Однако денежные отчеты фонда, которые подаваются в Министерство юстиции Россия, говорят совершенно о остальных растратах. В 2017 году фонд истратил 1,3 миллионов рублей на покупку земляных участков, еще 2,7 млн — на приобретение тс и 2,6 млн на какие-то жилые строения. В 1,5 миллионов рублей уложились остальные траты.

В следующие годы фактически все его траты — это заработная плата работникам, чье количество непонятно, да налоговые платежи. Вместе с тем если судить по бухгалтерской отчетности, охрана степной фауны – дело прибыльное. Баланс фонда вырастает год от года. В 2017 году у него было за душой 9,2 миллионов рублей, год спустя — 11,5 млн, а в 2020 году — уже 20,2 миллионов рублей.

Отчеты фонда поясняют, что источниками выделения финансовых средств были мотивированные поступления от российских физических лиц и прибыль от коммерческой работе, которая заключается в продаже продуктов либо оказании услуг (нужно считать, денежных, по ОКВЭДу). Доходы эти были неравномерными – так, 2019 год с 6 миллионов рублей вышел полностью удачным, а вот 2020-й подкачал – всего 437 тысяч рублей выручки.

Однако это не воспрепядствовало фонду в кризисном пандемийном году нарастить цена главных средств аж на тридцать семь процентов — до 16,34 миллионов рублей. Также выплатить заработную плату персоналу практически на 4 миллионов рублей.

При всем этом в документах есть данные лишь о двоих сотрудниках – это исполнительный руководитель Алексей Савко и главный бухгалтер С.В. Ивашкина. Если других сотрудников нет, заработной платы у управляющих получаются высочайшими, на уровне руководства банковского сектора.

А еще у фонда есть Совет. В нем три личности – не считая самой Клавдии Найденовой в отчете за 2019 год там значились Игорь Финенков и Сергей Тарабрин. Полный тезка Игоря Финенкова находится в ЕГРЮЛ как руководитель строительной компании ООО «СТС», прописанной по первому юрадресу фонда — в Саратове по улице Танкистов, 50. В ноябре прошедшего года компания, в то время существовавшая всего 2 месяца, за 486 тысяч рублей сдавала в аренду кабинету министров Саратовской области машину с водителем. Сергей Тарабрин находится в заявлении для прессы саратовского минсельхоза как руководитель мясоперерабатывающей компании «Сары тау», награжденной медалью выставки «Золота осень-2017».

Но в документах, добавленных на веб-сайт минюста в сегодняшнем апреле, Совет фонда смотрится уже по-иному. Клавдию Найденову в нем на данный момент окружают уже указанный руководитель Савко, также Александр Шибаршин, бывший руководитель и обладатель   зарегистрированного в поселке Подлесное ООО «Барс» с главным видом работе охота, отлов и отстрел одичавших зверей. В общем, что и требовалось обосновать – в совет фонда охраны природы и редчайших зверей заходит проф охотник. А вы ожидали чего-то другого?

Стоит отметить, что раскрутить за пару лет некоммерческую компанию до 20-миллионных активов, удачно принять участие в нескольких торгах и достигнуть щедрых пожертвований от неведомых филантропов не каждому по плечу. Перед бизнес-талантами Клавдии Алексеевны Найденовой остается лишь снять шапку. Жалко она не смогла поделиться деловыми секретами с читателями «БВ». Однако ничего – все еще впереди.


  • Текст составлен по материалам сети Интернет. Нашими источниками являются крупнейшие интернет-издания и соцсервисы, в том числе которые размещают сведения как о событиях, так и информацию (в т.ч. компромат, скандалы) про политиков, госслужащих и бизнесменов, их биографии, информацию об их деятельности и деятельности подконтрольных им организаций. Подтверждение всем размещенным у нас материалам можно найти в сети.
  • Приглашаем к сотрудничеству по размещению новостей и рекламы всех заинтересованных лиц. Подробнее в разделах РЕКЛАМА и РАЗМЕЩЕНИЕ НОВОСТЕЙ.