Темный лед от «Лукойла»

Федеральная служба по надзору в сфере природопользования потребовал остановить работу нефтесборного коллектора, трагедия на котором стала предпосылкой масштабной экологической трагедии в республике Коми

Темный лед от «Лукойла»

Более 100 тонн сырой нефти в итоге попали в тундру и в воду северных рек. Эту цифру назвал ЛУКОЙЛ, её же упоминал руководитель республики Владимир Уйба. При всем этом глава Федеральной службы по надзору в сфере природопользования Светлана Радионова в собственном Инстаграмм-профиле сообщила, что площадь разлива составляет всего 1,3 га, в реку попало лишь 9 тонн нефтесодержащей воды (НСЖ).

В начале недели нефть дошла до Печоры, пройдя реки Колва и Уса. В социальных сетях возникли объявления о найме местного населения: 10 000 рублей за 200 кило собранной нефти плюс горючее и мойка лодки. Столько же платили добровольцам в 2013 году, при прошедшем большом разливе.

Но уже вечером 17 мая Уйба в видеопослании из села Мутный Континент сообщил, что работы по устранении трагедии идут к окончанию — будто бы за 7 дней собрано практически все. Однако нареченное им число продукции нефтепереработки, которые были собраны в воде, мягко говоря, поражает: всего 9 тонн. По мнению государственного служащего, большая часть НСЖ попал на сушу, и там уборка уже окончена.

Темный лед от «Лукойла»

Фото: Instagram Светланы Радионовой

Как рассказали «Новой» в республиканской экологической организации «Комитет спасения Печоры», утром 17 мая нефть по реке дошла до села Брыкаланск и двигалась далее, к Щельяюру — это приблизительно 450 км от места трагедии. На всем пути она оставила следы — берега покрыты темной вязкой массой, которую дождики будут смывать назад в воду.

«С вертолета мы не узрели ни пленки, ни разводов на воде, — полагает Уйба. — С лодки в конце села в заводи узрели несколько нефтяных вкраплений, как крупяные зерна, капли нефтесодержащие».

А вот коренное население на видео, снятом, пока вертолет, в каком посиживали руководитель республики и управляющий «ЛУКОЙЛ-Коми» Александр Голованев, кружил над селом, говорят совершенно другое:

«Вчера и позавчера собирали тут нефть, и лед темный шел. К берегу подходишь — уже солярой натурально разит. Днем, когда уже теплее, — реальная соляра.

И пленка видна. Остатки рыбы, птицы — все там уничтожит».

Ссылаясь на «ЛУКОЙЛ-Коми» медиа сказали о оканчивающей стадии работ на разливе, всецело собранной нефти и отсутствии какого-нибудь вреда биоресурсам, также источникам питьевой воды. При всем этом жителям прибрежных сел не указано пить воду из рек.

На интернет-ресурсе местного Министерство природных ресурсов нет ни одной сообщения про трагедии. Однако глава министерства Алексей Кузнецов вместе с Уйбой облетал территорию и на вид воспринимает инициативное участием в происходящем. При этом, почему-либо облачен при всем этом в куртку с логотипом ЛУКОЙЛа. Который, фактически, и является владельцем аварийного коллектора.

Темный лед от «Лукойла»

Фото: Instagram Светланы Радионовой

Местные нередко говорят: не лишь коллектора, да и всего Усинского района. Одно из самых крупных нефтедобывающее предприятие Северо-Запада, оно является градообразующим для города Усинск. Конкретно под Усинском произошел наибольший в мире нефтеразлив на суше — в 1994 году.

ЛУКОЙЛ работает не лишь в Коми, да и в НАО. Подтекший коллектор как раз в Ненецком окружении и располагается, но главной вред причинен экологической системе Коми, туда нефть пошла вниз по рекам.

«Населенным пунктам и объектам экономики, также и в Арктической зоне России, ничто не грозит», — бодро пишут пиарщики ЛУКОЙЛа.

«ЛУКОЙЛ нефть разливает — ему по барабану. Алекперов пока около Владимира Путина трется — так и будет», — у мужчин из Мутного Континента несколько другой взор на происходящее.

«НСЖ отчасти располагается в толще воды, отчасти испаряется. Существенная доля стремительно оседает на дно и там остается. При всем этом собирали её с поверхности, а боны в принципе смотрелись декоративно: они перекрывали метров 50 всего от берега, другими словами льдины, покрытые нефтью, их расслабленно обходили», — полагает Иван Иванов, глава Комитета спасения Печоры.

Комитет организован в 80-х местным населением. Они ведут борьбу экологию собственной республики и ни один раз конфликтовали с нефтяниками. И не лишь с ЛУКОЙЛом. В 2013 году, к примеру, разлив на Колве, который ассоциируют с сегодняшним, случился из-за разрыва трубы «РусьВьетПетро». После устранении трагедии, о которой тоже достаточно бодро отчитались государственные служащие, начался падеж скота, стада до настоящего времени получилось вернуть не всюду. Это к вопросу об отсутствии воздействия разливов на экологию Арктики и её населенные пункты.

Разливы вокруг Усинска — обыденное дело. Пару лет назад мы вместе с «Greenpeace» ездили в экспедицию по району, который утопает в нефти.

Законсервированные и рабочие трубы текут, специалисты по экологии перманентно фиксируют происшествия (к примеру, в 2014–2015 годах в районе было найдено 205 разливов). Компания платит штрафы. И все продолжается. Заплатить дешевле, чем поменять трубы.

Темный лед от «Лукойла»

Фото: Instagram Светланы Радионовой

5 годов назад на мой вопрос замдиректора «ЛУКОЙЛ-Коми» Сергей Макаров сообщил, что в 2013 году компания заменила в Коми 152 км труб, в 2014 г. — 234 км. В 2015 г. — 377 км. Однако общая длинна нефтяных трубопроводоы — примерно 7 тысяч км. Другими словами на полное обновление требовалось лет 15. Вместе с тем как разъясняли тогда представителям СМИ, ветка нефтяного трубопровода изменяется лишь тогда, когда на ней произойдёт не меньше 4 прорывов. При всем этом в том же беседе Макаров подтвердил, что не может точно сообщить, сколько раз в год теряет компания из-за протечек трубопроводов.

Участники пробовали достигнуть принятия республиканского закона, обязавш?? бы владельцев поменять систему все двадцать лет, не дожидаясь трагедии. Однако Государственный совет республики на это не пошел. Доставлять хлопоты главному налогоплательщику — дело рискованное. Нефтяники выразительно подчеркивают, что ЛУКОЙЛ держит район на плаву: соц инвестпрограмма, соглашения с органами власти… Однако никто из местных и не против нефтедобычи — они просто требуют реализации закона. Требуют напористо, проводя сельские протестные акции и обращаясь в контрольные органы. Уголовное дела после разливов вправду возбуждаются. Однако, обычно, завершаются только штрафами.

К слову, по факту сегодняшнего разлива дело тоже возбуждено: процессуальный комитет НАО начал уголовное расследование по ст. 246 УК («Несоблюдение норм охраны окружающей среды при производстве работ»). Как считают следственные органы, предпосылкой стала разгерметизация трубопровода от магистральной насосной станции Ошского месторождения до дожимной насосной станции № 5 Харьягинского месторождения ООО «ЛУКОЙЛ-Коми». Трагедия — в 300 метрах от берега Колвы.

ЛУКОЙЛ тут с 1999 года, он выкупил активы 2-ух местных компаний, которые, со своей стороны, получили еще советскую инфраструктуру. Эти русские трубы местами до настоящего времени работают.

Жители сообщают, что

жизнь вдоль Колвы, Усы и Печоры с приходом большой нефти поменялась быстро. В реках стало меньше рыбы, трубопроводы перекрыли пути передвижения оленей. А позже люди начали болеть и дохнуть.

Пропало начисто только одно местное болезнь: «печорский семужий зуд». Данная вид аллергии начиналась при переедании местной жирной семги. Более ей не мучаются — рыбы нет.

Темный лед от «Лукойла»

Фото: Instagram Светланы Радионовой

Комитет спасения Печоры осторожно подразумевает, что разлив начался не 11 мая, как в официальных сводках, а много ранее. Просто стал приметен, когда вскрылись реки и пошел лед. Темный лед. Потому так и велик масштаб трагедии. Это удостоверяют и фотографии со спутников, на которые опирается WWF, заявляя, что утечка на дюкерном переходе через реку Колва происходила на протяжении месяца. А сначала мая, когда растаял снег и лед на реке, вся эта нефть попала в воду. По мнению WWF, 1-ые признаки протечки найдены на снимках за 20 марта.

Иван Иванов думает, что размах трагедии был бы меньше, если б компания употребляла автоматические системы наблюдения давления и динамики движения НСЖ в трубопроводе. А также, защитник экологии колеблется, что на трубах ЛУКОЙЛа есть автоматические заглушки. «Если бы они были либо если бы они работали, этого бы не произошло», — думает он.

По данным Иванова, труба в районе трагедии не древняя. Он считает, что предпосылкой происшедшего могло быть несоблюдение технологических норм при её монтаже, которое вместе с перепадом температур привело к разрыву. Могут быть и другие предпосылки — нефтедобыча, в принципе, грязное и экологически опасное создание.

«Компания делает то, что ей дозволяет правительство, — полагает Иванов. — Если можно сберечь на экологической безопасности, современных средствах диагностики и прочем, они так и поступят. Получится понижение себестоимости нефти за счет экономии на экологической безопасности. Есть передовые средства диагностики, но это чрезвычайно накладная процедура. А когда государственный служащий, приезжая на место трагедии, даже не осознает, что подобное нефть и как она себя ведет… Когда руководитель республики высказывается в духе, что разливы неминуемы и это приемлимо, у меня появляются претензии в руководству».

При этом Светлана Радионова допускает, что будет «снова в суде обосновывать, что за вред природе нужно платить». Её слова отсылают к делу «Норникеля», которому суд провозгласил штраф на наивысшую сумму за наивысший вред.

Татьяна Брицкая


  • Текст составлен по материалам сети Интернет. Нашими источниками являются крупнейшие интернет-издания и соцсервисы, в том числе которые размещают сведения как о событиях, так и информацию (в т.ч. компромат, скандалы) про политиков, госслужащих и бизнесменов, их биографии, информацию об их деятельности и деятельности подконтрольных им организаций. Подтверждение всем размещенным у нас материалам можно найти в сети.
  • Приглашаем к сотрудничеству по размещению новостей и рекламы всех заинтересованных лиц. Подробнее в разделах РЕКЛАМА и РАЗМЕЩЕНИЕ НОВОСТЕЙ.