Заказ на прокурора: как Денис Попов избавлялся от неугодных в Дагестане

Заказ на прокурора: как Денис Попов избавлялся от неугодных в Дагестане

На фото: Денис Попов

Круговая порука дагестанских следователей и прокуроров позволила убрать из органов надзора сотрудника, отказавшегося покрывать коррупцию региональных подчиненных Александра Бастрыкина. В СКР возбудили уголовное дело, которое, правда, теперь развалилось в суде, а в республиканской прокуратуре поддержали смежников, организовав травлю своего же работника в СМИ и служебные проверки с заранее известным результатом. Как проводились эти проверки по указанию бывшего прокурора Дагестана Дениса Попова, рассказал их непосредственный исполнитель — экс-сотрудник отдела кадров регионального надзорного ведомства.

Кизилюртовский межрайонный прокурор Абдулла Шахбанов был уволен с должности по отрицательным мотивам в 2019 году. Приказ подписал Денис Попов, который тогда возглавлял надзор Дагестана, а сейчас является прокурором Москвы. Шахбанова обвинили в вымогательстве 15 тыс. долларов у подчиненного Тимурхады Дадаева
Сам Шахбанов утверждает, что за его уголовным преследованием стоит начальник отдела региональной прокуратуры по надзору за процессуальной деятельностью СКР Нурлан Ашурбеков. По его словам, конфликт с высокопоставленным прокурором произошел, когда тот занимал должность начальника отдела в Следственном управлении СК по Дагестану. Тесть Шахбанова — предприниматель Мурадхан Ризаев — обвинил Ашурбекова в вымогательстве 5млн рублей за смягчение обвинения по уголовному делу сына.
Кизилюртовский прокурор отказался уговаривать родственника забрать заявление, после чего сам попал под статью. Однако, суд признал обвинения несостоятельными, и вернул дело в следственные органы.
Впрочем, дискредитировать Шахбанова его коллеги пытались и до возбуждения уголовного дела о вымогательстве. Об этих попытках в интервью рассказал бывший прокурор отдела кадров республиканского надзора Николай Струбяк, проводивший служебную проверку в отношении Кизилюртовского прокурора. 

Слив от надзора 

“Я занимал должность прокурора отдела кадров прокуратуры Республики Дагестан. В мои обязанности, в первую очередь, входило проведение служебных проверок в отношении всех прокуроров республики, за исключением заместителей прокурора региона, сотрудников Управления службы безопасности и отдела по противодействию коррупции. На эти должности назначают приказом генпрокурора, и служебные проверки проводятся центральным аппаратом. 

О том, что кизилюртовский прокурор Абдулла Шахбанов обвинен в вымогательстве денег и задержан, я узнал из СМИ. Тогда я подумал, что это какая-то ошибка или заказ журналистам, потому что у меня не было на исполнении материала по проверке Шахбанова. А первый человек, который должен об этом знать, – это я, потому что я проводил служебные проверки. 

В общем, серьезно я к этому не отнесся. Но на следующий день ко мне в кабинет пришел с вопросами Абдулла, которого, как оказалось, никто задерживал. Я ему пояснил, что никакого отношения до этой секунды к его делу не имел. Правда, в СМИ была формулировка, что прокуратура провела задержание совместно с работниками ФСБ. Я при Абдулле связался с коллегами и поинтересоваться: может они проводили проверку? Но в управлении ФСБ по Республике Дагестан также не располагали никакой информацией. 

Тогда я пошел к начальнику отдела кадров республиканской прокуратуры Лыско Александру Николаевичу. Лыско поставил на эту должность Денис Попов. Он привез его с собой в 2018 году — сразу же, как только приехал работать в Дагестан. Я объяснил Лыско, что у меня сейчас в кабинете находится Шахбанов и задает вопросы. На что он мне ответил:

«Николай, я в курсе. Там слишком много вопросов, не вникай. Мы сами разберемся, информация от нас»

Я говорю:

«В смысле, не вникать? В СМИ распространяется дезинформация о задержании кизилюртовского прокурора от имени республиканской прокуратуры. Причем, сообщается, что его обвиняют в вымогательстве. И если суд признает его невиновным, значит, мы его оклеветали и будем вынуждены извиняться так же — через СМИ».
В общем, я сообщил о своей позиции, но ясности от начальника отдела кадров республиканской прокуратуры не услышал. Абдулле я сказал, что руководство в курсе его ситуации. Но если проверка поступит ко мне, я проведу работу так, как положено, и объективно дам заключение — есть вина или нет. Мне неважно, кто сверху, а кто снизу. 

Фас от начальства 

А вскоре в СМИ появилась версия происходящего от Абдуллы, где он утверждал, что деньги у него якобы украл подчиненный, а потом написал заявление о вымогательстве. По словам Шахбанова, это заявление используют, чтобы убрать его после конфликта с высокопоставленным сотрудником республиканского управления СК, а прокурор Дагестана Денис Попов осведомлен об этой ситуации.

Вскоре после этих публикаций начальник отдела кадров вызвал меня в свой кабинет и сказал, что надо «вып*дить этого прокурора города Кизилюрта» из надзора. Лыско передал мне свой рапорт с резолюцией Попова, чтобы я провел служебную проверку. В рапорте указывалось, что прокурор города Кизилюрта ведет активную деятельность в СМИ, что может нарушать кодекс профессиональной этики и присягу. 

Заказ на прокурора: как Денис Попов избавлялся от неугодных в Дагестане

Надо сказать, что рапорт такого рода от имени начальника отдела кадров — это вообще нонсенс. За тем, как позиционируют себя в СМИ прокурорские работники, должен следить помощник республиканского прокурора по взаимодействию со СМИ. И готовить такой рапорт должен был именно он, но никак не начальник отдела кадров, в компетенцию которого не входит мониторинг публикаций. Но поскольку Попов рапорт принял и дал команду провести проверку, я выполнил приказ. 

Основные позиции ставились такие, что он разместил в СМИ свое служебное удостоверение и распространяет служебную информацию. Но есть понятие, что такое служебная информация. Там, где затрагиваются личные интересы гражданина, вопрос служебной информации отпадает, потому что это защита его прав и законных интересов. Поэтому информация о конфликте Шахбанова и его подчиненного Дадаева не являлась служебной. Что касается удостоверения — я нашел одну публикацию, где оно было размещено. Но Абдулла заявил, что в СМИ он его не выкладывал. Копия служебного удостоверения была и в отделе кадров, и в ОСБ, и могла попасть к журналистам не только от него.

В итоге, я подготовил заключение, что факты распространения служебной информации Шахбановым не подтвердились. О результатах работы я доложил Лыско. Мое заключение он перечеркнул, попросил меня хорошо подумать и подготовить новое. 

Надо сказать, что в отделе кадров я работал с 2011 года. За это время сменилось три прокурора республики, и никогда до Попова таких установок по служебным проверкам я не получал. Если имелись факты нарушений, мы их отражали, если нет – значит, нет. Оступать от этого я не собирался: свое заключение по Шахбанову, сохраненное в компьютере, я распечатал еще раз и снова принес Лыско. Комментировать он ничего на этот раз не стал. В итоге, эти материалы легли на стол к Попову, и он был вынужден поставить подпись, что он с ними ознакомлен. 

Заказ на прокурора: как Денис Попов избавлялся от неугодных в Дагестане

Заказ на прокурора: как Денис Попов избавлялся от неугодных в Дагестане

А в копии моего заключения — все бумаги в прокуратуре готовятся в двух экземплярах — Попов добавил резолюцию, что Шахбанову нужно объявить устное замечание. Это при том, что такой меры дисциплинарной ответственности не существует. 

Как я понял, в республиканской прокуратуре решили просто заглушить Абдуллу. Потому что на тот период времени в отношении него не было возбуждено уголовное дело о вымогательстве, не было даже проведено служебной проверки по этому факту, но обвинения уже появились в СМИ. А Шахбанов начал привлекать к этому внимание. 

Приговор до суда 

После этой истории я понял, что отношение ко мне изменилось. Проверки по Шахбанову мне больше не адресовали — им начали заниматься в отделении собственной безопасности республиканской прокуратуры. 

Потом на него завели уголовное дело и уволили по отрицательным мотивам из прокуратуры — за вымогательство денег у подчиненного. В приказе о его увольнении эта информация звучала как приговор — что такого-то числа он совершил вымогательство у такого-то лица и так далее. Хотя приговора суда на тот момент еще не было.

А прокурор субъекта — в соответствии с 70-м приказом генпрокурора – в случае обнаружения признаков состава уголовного преступления должен направить материалы служебной проверки руководителю следственного органа, а затем в суд. И до приговора суда работник прокуратуры может быть только отстранен от занимаемой должности, но не уволен. Но в дагестанской прокуратуре, подменив деятельность суда, установили вину Шахбанова. И здесь, я считаю, можно проследить прямое превышение должностных полномочий. 

В итоге, насколько мне известно, на Абдуллу сейчас возбуждается уже четвертое уголовное дело, поскольку предыдущие три развалились на уровне следствия и суда. За обвинение в совершении преступления заведомо невиновного лица есть уголовная ответственность, а формулировка “вымогательство” в приказе об увольнении — это прямое обвинение. И сейчас уголовный кодекс может начать работать в отношении представителей дагестанской прокуратуры. Поэтому их задача сейчас – убежать, поэтому и множатся уголовные дела на Шахбанова”. 


  • Текст составлен по материалам сети Интернет. Нашими источниками являются крупнейшие интернет-издания и соцсервисы, в том числе которые размещают сведения как о событиях, так и информацию (в т.ч. компромат, скандалы) про политиков, госслужащих и бизнесменов, их биографии, информацию об их деятельности и деятельности подконтрольных им организаций. Подтверждение всем размещенным у нас материалам можно найти в сети.
  • Приглашаем к сотрудничеству по размещению новостей и рекламы всех заинтересованных лиц. Подробнее в разделах РЕКЛАМА и РАЗМЕЩЕНИЕ НОВОСТЕЙ.

Заказ на прокурора: как Денис Попов избавлялся от нежелательных в Республике Дагестан

 

Заказ на прокурора: как Денис Попов избавлялся от нежелательных в Республике Дагестан

На фотографии: Денис Попов

Радиальная порука дагестанских представителей следственных органов и прокуроров дала возможность убрать из органов контроля работника, отказавшегося покрывать коррупцию местных подчиненных Александра Бастрыкина. В СК РОССИИ открыто уголовное производство, которое, правда, сейчас рассыпало в суде, а в республиканской прокуратуре поддержали смежников, организовав травлю собственного же сотрудника в средства массовой информации и проверки соответствия служебному положению с заблаговременно популярным результатом. Как были проведены эти проверки по распоряжению бывшего прокурора Республики Дагестан Дениса Попова, сообщил их конкретный исполнитель — бывший работник отдела кадров местного контрольного учреждения.

Кизилюртовский межрайонный прокурор Абдулла Шахбанов был уволен с поста по отрицательным мотивам в 2019 году. Распоряжение подписал Денис Попов, который тогда возглавлял контроль Республики Дагестан, а на данный момент является прокурором города Москва. Шахбанова обвинили в вымогательстве 15 тыс. долларов у подчиненного Тимурхады Дадаева
Сам Шахбанов заявляет, что за его уголовным преследованием стоит руководитель отдела местной прокуратуры по контролю за процессуальной работой СКР Нурлан Ашурбеков. Как он сообщил, конфликт с влиятельным прокурором произошел, когда тот состоял в должности руководителя отдела в СУ Следственного комитета по Республике Дагестан. Тесть Шахбанова — бизнесмен Мурадхан Ризаев — обвинил Ашурбекова в вымогательстве 5миллионов рублей за смягчение обвинения по расследованию сына.
Кизилюртовский прокурор не согласился уговаривать родственника забрать заявление, после этого сам попал под статью. Но, суд признал обвинения беспочвенными, и возвратил дело в подразделения следствия.
Вообщем, компрометировать Шахбанова его соратники пробовали и до открытия уголовного производства о вымогательстве. Об этих попытках в беседе сообщил бывший прокурор отдела кадров республиканского контроля Николай Струбяк, проводивший проверку соответствия служебному положению в отношении Кизилюртовского прокурора. 

Слив от контроля 

“Я состоял в должности прокурора отдела кадров прокуратуры Республики Дагестан. В мои обязанности, прежде всего, входило проведение проверок соответствия служебному положению в отношении всех прокуроров республики, кроме заместителей прокурора региона, служащих Управления службы безопасности и отдела по борьбе с коррупцией. На эти должности назначают распоряжением генерального прокурора, и проверки соответствия служебному положению ведутся центральным аппаратом. 

Про то, что кизилюртовский прокурор Абдулла Шахбанов обвинен в вымогательстве средств и задержан, я вызнал из средств массовой информации. Тогда я подумал, что это какая-то ошибка либо заказ представителям СМИ, так как у меня не было на выполнении материала по проверке Шахбанова. А 1-ый человек, который должен об этом знать, – это я, так как я проводил проверки соответствия служебному положению. 

В общем, серьезно я к данному не отнесся. Однако на последующий день ко мне в кабинет пришел с вопросами Абдулла, которого, как оказывается, никто задерживал. Я ему объяснил, что никакого отношения до этой секунды к его делу не имел. При этом, в средства массовой информации была формулировка, что прокуратура провела задержание вместе с работниками ФСБ. Я при Абдулле связался с сотрудниками и полюбопытствовать: может они проводили проверку? Однако в управлении ФСБ по Республике Республика Дагестан также не располагали никакой сведениями. 

Тогда я пошел к руководителю отдела кадров республиканской прокуратуры Лыско Александру Николаевичу. Лыско поставил на эту пост Денис Попов. Он привез его с собой в 2018 году — сразу, как приехал трудиться в Республика Дагестан. Я объяснил Лыско, что у меня на данный момент в кабинете располагается Шахбанов и задает вопросы. На что он мне ответил:

«Николай, я в курсе. Там сильно большое количество вопросов, не вникай. Мы сами разберемся, информация от нас»

Я говорю:

«В смысле, не вникать? В средства массовой информации распространяется дезинформация об аресте кизилюртовского прокурора от имени республиканской прокуратуры. При этом, утверждается, что он обвиняется в вымогательстве. И если суд признает его невиновным, следовательно, мы его оклеветали и будем обязаны просить прощения так же — через средства массовой информации».
В общем, я сказал о собственной позиции, но определенности от руководителя отдела кадров республиканской прокуратуры не услышал. Абдулле я сообщил, что управление в курсе его ситуации. Однако если проверка поступит ко мне, я проведу работу так, как положено, и беспристрастно дам заключение — есть вина либо нет. Мне непринципиально, кто сверху, а кто снизу. 

Фас от начальства 

А скоро в средства массовой информации возникла версия происходящего от Абдуллы, где он заявлял, что средства у него будто бы похитил подчиненный, а позже написал обращение о вымогательстве. Согласно мнению Шахбанова, это заявление употребляют, чтоб убрать его после конфликтной ситуации с влиятельным работником республиканского управления СК, а прокурор Республики Дагестан Денис Попов ознакомлен о данной ситуации.

Скоро после этих публикаций руководитель отдела кадров вызвал меня в собственный кабинет и сообщил, что нужно «вып*дить этого прокурора города Кизилюрта» из контроля. Лыско передал мне собственный рапорт с решением Попова, чтоб я провел проверку соответствия служебному положению. В рапорте сообщалось, что прокурор города Кизилюрта ведет динамичную работу в средства массовой информации, что может нарушать кодекс проф этики и присягу. 

Заказ на прокурора: как Денис Попов избавлялся от нежелательных в Республике Дагестан

Нужно сообщить, что рапорт этого рода от имени руководителя отдела кадров — это в принципе нонсенс. За тем, как позиционируют себя в средства массовой информации прокурорские сотрудники, должен смотреть ассистент республиканского прокурора по сотрудничеству со средствами массовой информации. И готовить этот рапорт был должен конкретно он, но никак не руководитель отдела кадров, в компетенцию которого не заходит мониторинг публикаций. Однако так как Попов рапорт принял и отдал команду провести проверку, я выполнил распоряжение. 

Главные позиции ставились подобные, что он расположил в средства массовой информации свое служебное удостоверение и распространяет служебную данные. Однако есть понятие, что подобное служебная информация. Там, где затрагиваются личные интересы гражданина, вопрос служебной инфы отпадает, так как это защита его прав и легитимных интересов. Потому информация о конфликте Шахбанова и его подчиненного Дадаева не являлась служебной. Касательно удостоверения — я нашел одну публикацию, где оно было расположено. Однако Абдулла сообщил, что в средства массовой информации он его не выкладывал. Копия служебного удостоверения была и в отделе кадров, и в ОСБ, и могла попасть к представителям СМИ не лишь от него.

В конечном итоге, я подготовил заключение, что факты распространения служебной инфы Шахбановым не нашли подтверждения. Об итогах работы я доложил Лыско. Мое заключение он перечеркнул, попросил меня отлично подумать и приготовить новое. 

Нужно сообщить, что в отделе кадров я работал с 2011 года. За этот период времени сменилось три прокурора республики, и никогда до Попова таковых установок по проверкам соответствия служебному положению я не получал. Если имелись факты нарушений, мы их отражали, если нет – означает, нет. Оступать от этого я не намеревался: свое заключение по Шахбанову, сохраненное в компе, я распечатал снова и опять принес Лыско. Комментировать он ничего сейчас не стал. В конечном итоге, эти материалы легли на стол к Попову, и он был обязан поставить подпись, что он с ними осведомлен. 

Заказ на прокурора: как Денис Попов избавлялся от нежелательных в Республике Дагестан

Заказ на прокурора: как Денис Попов избавлялся от нежелательных в Республике Дагестан

А в копии моего заключения — все бумаги в прокуратуре готовятся в 2-ух экземплярах — Попов добавил решение, что Шахбанову необходимо объявить устное замечание. Это при условии, что этот меры дисциплинарной ответственности нет. 

Как я сообразил, в республиканской прокуратуре решили просто заглушить Абдуллу. Так как на тот период времени в отношении него не было открыто уголовно-процессуальное производство о вымогательстве, не было даже проведено проверки соответствия служебному положению по данному факту, но обвинения уже были опубликованы в средства массовой информации. А Шахбанов начал завлекать к данному внимание. 

Вердикт до суда 

После этой истории я осознал, что отношение ко мне поменялось. Проверки по Шахбанову мне больше не адресовали — им начали заниматься в отделении своей безопасности республиканской прокуратуры. 

Позже на него завели уголовное дело и освободили от должности по отрицательным мотивам из прокуратуры — за вымогательство средств у подчиненного. В распоряжении о его увольнении такие сведения звучала как вердикт — что этого-то числа он сделал вымогательство у этого-то лица и т.д.. Однако постановления суда в то время еще не было.

А прокурор субъекта — в согласовании с 70-м распоряжением генерального прокурора – в случае нахождения признаков состава уголовного преступного деяния должен навести материалы проверки соответствия служебному положению главе процессуального органа, а потом в суд. И до постановления суда работник прокуратуры быть может лишь отстранен от занимаемой должности, но не уволен. Однако в дагестанской прокуратуре, подменив деятельность суда, установили вину Шахбанова. И тут, я считаю, можно проследить прямое злоупотребление должностными обязанностями. 

В конечном итоге, как мне понятно, на Абдуллу на данный момент возбуждается уже 4-ое уголовное дело, так как прошлые три рассыпали на уровне следствия и суда. За обвинение в совершении преступного деяния заранее невиновного лица есть уголовное наказание, а формулировка “вымогательство” в распоряжении об увольнении — это прямое обвинение. И на данный момент уголовный кодекс может начать трудиться в отношении уполномоченных лиц дагестанской прокуратуры. Потому их задачка на данный момент – убежать, потому и умножаются уголовные дела на Шахбанова”.